|
|
|
|
|
|
|
Сергей Вилков
Солдатами рождаются только бедные
(или почему мы против призыва)
Позиция большинства леворадикалов в армейском вопросе полностью индифферентна современным реалиям - «ни призывной армии, ни контрактной». А какая тогда армия, милиционная? Но она невозможна в условиях буржуазной государственности. Военный вопрос обойден в переходных программах революционных организаций все тем же футуристическим лозунгом, который вместо того чтобы предлагать адекватную политическому сознанию масс альтернативу существующему порядку, не более чем отдает дань доброй марксисткой традиции. Нам остается лишь признать, что армию, которая будет отвечать интересам рабочих, способен реализовать только социализм. Однако некоторые доктринеры не прочь воспользоваться этим как поводом, чтобы отказаться от поддержки любых постепенных реформ буржуазных вооруженных сил, будь те даже в интересах народных масс. Большинство коммунистов испытывает такое органическое неприятие «буржуазной» профессиональной армии, что в повседневной практике согласны оставить все как есть - призывную армию, чуть смягченную реформами «сверху». А это означает оставить солдата в его бесправном положении, оставить воинскую повинность и армейскую субординацию, которая представляет собой закономерное отражение классового неравенства в кривом зеркале казарменного быта. Ни один находящийся в здравом уме марксист не станет спорить с тем, что воинская повинность в буржуазном государстве – одна из сфер классовой эксплуатации, которая превращает «защиту» отечества исключительно в обязанность неимущих слоев.
Дифференциация молодежи связанная с сокращением доступности бесплатного высшего образования и ужесточением призывного законодательства все четче отделяет тех, кто вынужден «отбарабанить срок» неся повинность перед своей «родиной», от привилегированных «мажоров», которые в это время будут учиться и делать карьеру, подготавливая себе местечко на вышестоящей планке социальной иерархии. Всеобщая военнообязанность становиться не более чем декларативным пожеланием, когда мы имеем дело с сегрегацией по принципу толщины кошелька. Несмотря на все конституционные басни о «гражданском долге», в линейных войсках российских ВС служат главным образом дети бедных – те, кто не смог откупиться от военкомата. Сегодняшняя армейская служба это наказание, которое юноша несет лишь постольку, поскольку ему не повезло родиться в обеспеченной семье. Корректировки срока и места отбывания этой повинности только видоизменяют форму использования дармового солдатского труда в упряжке буржуазного государства. И рабоче-крестьянские вооруженные силы Российской Федерации продолжают служить школой послушания, университетом кнута и (реже) пряника для подрастающего поколения угнетенных классов.
И, тем не менее, революционные марксисты разводят руками, изрекая парадоксальное: «ни призывной армии, ни контрактной»! Причина, по которой коммунистов не устраивают наемнические ВС понятна – профессиональные военные выделяются в лояльную касту, становятся совершенным репрессивным орудием в руках власти. Считается, что в отличие от контрактника, срочник не станет стрелять в народ, зная, что там могут быть его родители, братья, друзья. Однако Ленин подчеркивал, что любое регулярное войско, в том числе и призывное, становиться в руках буржуазного правительства средством подавления масс: «Не только теперешнее постоянное войско, но и теперешняя милиция – даже в самых демократических буржуазных республиках… - есть вооружение буржуазии против пролетариата» (В.И. Ленин «О лозунге «разоружения»»). Солдата всегда стараются угнать на службу подальше от места его проживания. Делается это с единственной целью – чтобы солдат не был связан никакими интересами с местным населением, чтобы он чувствовал себя чуждым ему. Тогда его легче будет заставить подчиниться приказу – стрелять в толпу. Но самое главное: наличие армейского призыва ни в коей мере не препятствует созданию кадровых карательных частей для ведения военных действий против собственного народа, подавления протестных выступлений трудящихся. В российской армии имеется немало кадровых частей специального назначения, в первую очередь это касается Внутренних войск, то есть именно тех которые предназначены для действий на территории своего государства. Все это свидетельствует о том, что рядового солдата в зону гражданского вооруженного конфликта не пустят, ему будет предоставлено затыкать дыры в тыловой структуре страны. Фактически, призывной состав нашей армии является источником дешевой рабочей силы для обслуживания наемного войска. Укомплектовав боеспособные части профессионалами, власть может использовать срочников в инженерных войсках, службе снабжения, для строительства генеральских дач, наконец. Правящий класс РФ предпочитает совместить два типа организации вооруженных сил, взяв от контрактной и призывной армии то, что больше всего соответствует нуждам отечественной империалистической буржуазии. Для нас это означает, что узкую базу социалистической пропаганды которую рабочее движение сможет нащупать в войсках, вряд ли удастся конвертировать в реальную вооруженную силу – переманить на сторону революции удастся разве что стройбат, где в звериных условиях, безоружные и раздетые, содержаться отбросы военной комиссии.
Леворадикалы требуют добровольческого войска. Но чем добровольная служба отличается от профессиональной, кроме того, что контрактникам платят жалование? Левые попадают в ловушку собственной принципиальности, не замечая, что принципы того не стоят. Неужели призывная армия, где солдат находиться на положении раба, лучше, чем контрактная, где зависимость солдата от начальства имеет более или менее добровольный характер?
Ленин писал: «По вопросу милиции мы должны были бы сказать вырабатывая конкретный и практический ответ: мы не за буржуазную милицию, а только за пролетарскую. Поэтому «ни одного гроша и ни одного человека» не только на постоянное войско, но и на буржуазную милицию…» («О лозунге разоружения»).
Дело в том, что, безоглядно отвергая контрактизацию армии, мы выступаем против той реформы, которая уже сейчас ожидаема массами, взамен провозглашая абстрактный лозунг народной милиции и отдаляя его воплощение за горизонт грядущего социализма. Но осознать необходимость социалистического преобразования массы еще не готовы. И покуда остается путь к мирной отмене воинской повинности, они будут стремиться решить проблему вооруженных сил в рамках существующей системы. Для того чтобы подтолкнуть рабочих к революционным идеям, им нужно дать близкий и понятный лозунг, который при кажущейся легкости его реализации будет наталкиваться на категорическое противодействие господствующих слоев. Отмена воинской повинности избавит трудящихся от необходимости служить в силовых органах враждебного им буржуазного государства, а самое главное, что это требование действительно является революционным для современной РФ, чей правящий класс органически неспособен уступить общественному мнению и отменить принудительный призыв. Российская буржуазия слишком бедна, чтобы отказаться от такого выгодного пережитка рабовладельческого строя, и достаточно богата, чтобы сформировать в войсках хорошо оплачиваемый слой профессионалов, на чьи штыки в случае чего она может положиться. Отмену призыва может принести лишь существенные политические изменения в сторону демократизации режима.
Однако мы не должны топить свой голос в либеральной кампании за отмену призыва. Прежде всего, нам следует разграничить понятия «служба» и «военное обучение». Рабочим необходимо изучать военное дело для себя, для своей классовой самозащиты, однако они нисколько не заинтересованы в отбывании казарменной повинности перед Минобороны буржуазного правительства. Они правящему классу ничего не должны – это основное, что наша пропаганда должна донести до масс. Первый шаг – удалить из антагонистичного тандема «массы-государство» еще один элемент принуждения, предоставив рабочему право самостоятельно определять меру своей задолженности перед Отечеством. Это станет для масс первым уроком классовой демократии. Напомним буржуазии, что мы живем при капитализме, где работник имеет право требовать за свой труд причитающуюся плату и свободу выбора нанимателя, а не довольствоваться пайком из гречневой каши и охлаждающей мирские потребности ежедневной порции брома в компоте. Именно поэтому военнослужащий должен разорвать невыгодный контракт с буржуазным государством, уделяющий ему роль окурка под подошвой милитаристского кирзача, чтобы добиться нормальных трудовых отношений, возможности создания армейских профсоюзов, и в этом самом смысле он должен быть наемником. При одном условии: все совершеннолетние граждане обоих полов будут иметь возможность пройти бесплатное военное обучение по месту жительства. Имеется в виду не то патриотическое промывание мозгов которое выдается в средних школах за начальную военную подготовку, а обучение техническим военным навыкам под контролем родительских советов.
В переходную программу марксистов необходимо включить замену принудительной армейской службы всеобщим вне зависимости от пола военным обучением, при добровольной и оплачиваемой службе в регулярных вооруженных силах. «Пусть исчезнет казарма и заменится военной школой» - писал Ленин.
Наличие центров массовой военной подготовки, держа в уме большое количество умеющего обращаться с оружием населения, можно быстро превратить в поголовное вооружение пролетариата, создание народных дружин, что само собой поставит рабочих перед возможностью взятия политической власти. Ход классовой борьбы неизбежно толкнет их на преодоление моментальной исторической грани, отделяющей эту демократическую реформу от социальной революции. Соответственно, лозунг отмены призыва и введения всеобщего военного обучения рабочим следует выдвинуть в рамках буржуазно-демократического переворота, непосредственно стоящего на повестке дня в современной России.
|
|
