|
|
|
|
|
|
|
Аслан Мамедов
Время несбывшихся надежд
(рецензия ни книгу Дмитрия Жвания «Путь Хунвейбина» - 2006 - СПб.: Амфора)
Недавно вышедшая автобиографическая книга одного из активистов ДСПА Дмитрия Жвания «Путь Хунвейбина» вызвала весьма неоднозначную реакцию в левой среде. Едва ли не каждый марксистский сайт счел своим долгом разместить на нее более или менее ругательную рецензию.
Не скрою, с первых страниц книга произвела на меня самое положительное впечатление, однако по мере чтения мое мнение о ней стало куда менее восторженным. Но я не соглашусь со многими моими товарищами по марксизму, которые любят разбрасываться обвинениями в «анархизме», «мелкобуржуазности» и «неоэсеровщине». Даже если предположить, что это нечто большее, чем браные слова, важно не то, кто в революционном движении какой исторической традиции придерживается и какой дорогой в него пришел. Важно стремиться к тому самому царству свободы, о котором пишет Жвания. Стремиться - значит работать. Работать над тем, чтобы это стремление к свободе охватило одновременно множество несвободных людей, которые, слившись в едином порыве, стали бы силой, способной пробить брешь в рабской системе нашего общества и открыть путь к освобождению человечества.
К сожалению, люди далеко не всегда готовы активно бороться за свою свободу. Именно таково и было положение в 90-х, когда подавляющее большинство жителей страны были полностью дезориентированы. Об этом, собственно, и книга Жвания. И его личная проблема (судя по книге) как революционера в том, что он еще остался в 90-х. Конечно, надо отдать автору должное: сегодня, спустя 20 лет, хотя и с некоторым налетом цинизма, он продолжает борьбу. К сожалению, эта борьба для него лично (опять же, судя по книге) так и осталась индивидуальным бунтом против системы, а не целенаправленной борьбой за революцию в общественном сознании. Конечно, и сейчас рабочий класс в России, да и во многих уголках земного шара - это не итальянские рабочие 1919-го года, и не русские 1917-го. Что ж, трудящиеся классы не являются перманентно революционными. Но это вовсе не значит, что они всегда остаются пассивными. Под воздействием опыта борьбы их сознание радикализуется. И это - повод для исторического и личного оптимизма.
Возвращаясь к книге. К сожалению, книга оказалась популяризирована слишком сильно - настолько, что из нее выветрился весь ее революционный дух. Читая страницу за страницей, вовсе не хочется присоединяться к борьбе против системы, которая неизбежно превращается в отчаянный бунт одиночек, обреченный на поражение. Более того, выходит, что революционное движение, не находя точки опоры, очень скоро вырождается в тусовку разочаровавшихся маргиналов, продолжающих действовать ради самого действия, без цели, оставаться вместе ради тусовки. И это все тоже особых симпатий не вызывает.
Разочарование, отчаяние, вакуум непонимания вокруг, «люмпенизация» революционного левого движения – конечно все так и было в 90-х. И это часть истории левого движения, о которой нужно говорить. Но 90-е прошли. Да, за окном не строят баррикад, но общественное сознание, классовое сознание, сдвинулось с мертвой точки. Книга же - к сожалению - подтверждает навязываемый респектабельными политиками стереотип, будто бы левые радикалы - это безумные отморозки, которым некуда выплеснуть свою агрессию, или авантюристы, которым не хватает острых ощущений, которым по сути глубоко плевать и на Марксов с Кропоткинами, и на народ, и на рабочий класс. Конечно, Дмитрий, которого все мы знаем как искреннего революционера и глубоко убежденного человека, стремился достичь иного эффекта, но в итоге из книги получилась очередная потеха для здравомыслящего обывателя.
|
|
