|
|
|
|
|
|
|
Антон Карагунис
В правительстве сменили рулевого, но не курс
В начале осени произошла давно прогнозируемая "предвыборная" отставка российского правительства. За дверями кабинета остались его председатель Михаил Фрадков и несколько министров: Яковлев, Зурабов, Греф. Их кресла заняли мало кому известные чиновники во главе с Виктором Зубковым. Уже первые шаги нового кабинета продемонстрировали, что смена действующих лиц не повлияла на сценарий экономического развития России, а неолиберальные реформы продолжатся с новой силой. Этого, впрочем, следовало ожидать.
Ждали, но не угадали
Хотя перестановки в правительстве давно и упорно предвещали эксперты, угадать фамилию нового премьера, как и 4 года назад в случае с назначением Фрадкова, не смог никто. Почему именно Зубков? Ответ на этот вопрос так и останется за завесой тайны. Так уж повелось, что механизм принятия решений, особенно кадровых, в России абсолютно не публичен и находится в компетенции достаточно замкнутой группы лиц. Именно им подконтрольно управление политическими процессами, во всяком случае, в том измерении, где действует политическая элита правящего класса.
Кто такой Виктор Зубков? Если верить исследованиям Фонда общественного мнения, то 84% россиян вообще ничего не слышали о существовании этого человека. Зубков стал очередным человеком из неоткуда, без репутации и авторитета, севшим в премьерское кресло. Его биография - это история заурядного чиновника, продвижение по карьерной лестнице которого сопровождали случайные встречи, оказавшиеся впоследствии счастливыми. Однажды в Смольном он встретил Путина, видимо, там же познакомился с Сечиным - все они работали в Комитете по внешним связям администрации Петербурга. Сколько их ещё было, таких встреч?
Впрочем, премьеру в России и не нужна героическая биография. Национальным лидером является глава государства, а премьер - фигура техническая. Репутацию Путина не смогли подпортить ни монетизация льгот, ни "Норд-Ост", ни Беслан. Зато слово "стабильность" крепко закрепилось в качестве его второго имени. А все потому, что президент, являющийся фактической главой исполнительной власти, с его огромными полномочиями оказывается выведен за рамки сложившейся системы разделения властей. Он пользуется немногочисленными успехами российской политики, в то время как на правительство ложится ответственность за промахи. Когда негатив накапливается, кабинет можно сменить, что только добавляет популярности первому лицу. Пресловутый анекдот про хорошего царя и плохих бояр становится актуальным и в XI веке.
Поэтому отставка Зурабова и Грефа была вполне предсказуема. Эти две фигуры из всего кабинета министров пользовались наименьшей популярностью у электората. Именно с ними у простых обывателей связаны воспоминания о монетизации: Греф был одним из разработчиков этой программы, а Зурабов – ее главным исполнителем. Они могли лишиться своих постов ещё несколько лет назад, но их отставка была слишком важна, поэтому ее приберегли "на сладкое". Сегодня увольнение Зурабова и Грефа выглядит как некое очищение правящего класса, жертвоприношение в пользу голодного до перемен "плебса".
На новых рельсах по старому курсу
Экономические реформы в России с конца 90-х идут под знаменем вступления в ВТО. Выполняя поставленные требования, чиновники и депутаты спешат снять с государства и корпораций излишнее бремя, а заодно и создать новый рынок, выставив на распродажу очередной кусок государственной собственности и коммерциализировав еще одну ранее закрытую для извлечения прибыли сферу. Образование, культура, социальная защита, транспорт, связь, жилищно-коммунальная сфера стремительно либерализуются. При этом на авансцене суетливо возводятся фанерные декорации «национальных проектов». За потемкинской деревней «точечного финансирования приоритетных объектов» скрывается многократное урезание социального бюджета и тотальная распродажа со всеми вытекающими из этого последствиями.
Рассуждать на тему того, изменится ли что-то с приходом новых министров, вряд ли имеет смысл. Если учесть, что отставка правительства не сопровождалась никакой общественной дискуссией относительно плюсов или минусов его социально-экономического курса, а официальной причиной увольнения стало недовольство стараниями министров (типа расслабились и перед выборами сбавили обороты), то видимо стоит ожидать, что все неолиберальные реформы, начатые кабинетом Фрадкова, продолжатся, но теперь уже с особым "старанием".
Итоги и перспективы
Итогом прошедшей четырехлетки стала консолидация правящего класса вокруг своих политических представителей в администрации президента, правительстве, профильных комитетах и крупных госкорпорациях. Теперь их главная задача - сохранить преемственность начатого курса, позволившего им занять господствующее положение в сформировавшейся системе нового российского капитализма.
Первые шаги Зубкова свидетельствуют, что работа правительства будет направлена на дальнейшую реализацию агрессивного и антисоциального «плана Путина». В конце сентября в Белом доме собрался Совет по конкурентоспособности и предпринимательству - сходка капиталистов, финансовых воротил, промышленников и чиновников. Заседание прошло под председательством нового премьера, и на нем четко было заявлено - экономический курс правительства не меняется, реформы будут продолжены.
В этом случае не так важно, чья подпись будет стоять под тем или иным документом и из чьих уст будут отдаваться распоряжения по подготовке постановлений. От перемены мест слагаемых сумма, как известно, не меняется.
|
|
